На прошлой неделе участники группы «Добрые руки Великие Луки» провели Урок Мужества для учащихся Великолукского механико-технологического колледжа. Напомним, эта группа помогает нашим бойцам, собирая по заявкам гуманитарную помощь и отправляя ее на передовую. Добровольцы начинали со сборов теплого белья и тушенки, а сегодня им удается отправлять на фронт машины, мотоциклы и дорогостоящее оборудование.
На встречу с учащимися пришли трое друзей группы «Добрые Руки Великие Луки» – бойцы с позывными «Клин», «Кащей» и «Кабзон». Нам удалось побеседовать с военнослужащими. Сегодня расскажем о «Кабзоне» – великолучанине, который служит в спецназе «Ахмат», группе «Аида», и является участником военной операции «Поток».
-«Кабзон», расскажите, чем занимается группа «Аида»?
-Мы занимаемся диверсионно-штурмовыми действиями. «Проскакиваем» в тыл противника небольшими группами, делаем диверсию, день-два там сидим после чего «выскакиваем». Но особо нечего рассказывать…
-Как Вы туда попали?
-В 2022 году проходило добровольческое формирование от московского, «собянинского» полка, куда набирались добровольцы. Это был полк пехоты, тогда еще не было понятия «штурмовики», но, по сути, все выполняли эту работу. Набиралась небольшая группа разведки, которая должна быть при полке, потому что перед отправкой группы и началом боевых действий обычно проводится разведка. Я попал в разведку, прошел обучение. После этого на 6-м штурме я «словил» пулю в ногу – примерно тогда по времени началось переформирование нашего полка. Нашему командиру предложили всю группу разведки забрать вместе с собой и на ее основе сформировать подразделение спецназа «Ахмат» группу «Аида».
-Вы – участник операции «Поток», которая уже вошла в историю. Это тяжело было? И как вообще это было?
-Первое время было нормально. Диаметр трубы – один метр сорок сантиметров. Мне со своим ростом пришлось идти, согнувшись. У нас в отряде есть человек ростом 195 см, сами понимаете, как он шел… С относительным «комфортом» шли двое бойцов с ростом 146 см, которые немного даже подшучивали над другими.
Первая группа находилась в трубе 5 дней. Мы заходили второй группой. По трубе прошли 800 человек, которые там ели, спали и справляли нужду – специальных туалетов не было.
Прежде чем зайти в трубу надо было пройти 4 км по выкопанному рву, который был накрыт сверху брусом, досками. Когда проходишь ров – берешь с собой провизию и боекомплект. Поскольку труба – небольшого диаметра, людям тяжело было нагруженными в ней идти, приходилось боеприпасы и бронежилеты скидывать. Так образовывались заторы, пробки, через которые было трудно пройти. Приходилось переползать через эти завалы боекомплектов, которые накидали другие, и двигаться с группой до конца локации.
По трубе шел подъем вверх – это не сама Суджа, куда выгружались, а поселок Кубаткин, который находится в семи километрах от Суджи. Наша задача была одна – там был мост и через него нельзя было пустить противника, когда он начал «откатываться» из поселка.
-Как мы знаем из новостей, вам удалось врага застать врасплох…
-Одними из первых мы увидели противников-БПЛАшников, они тоже арланы запускают, некоторые пили чай, ходили, по-домашнему, в тапочках. Мы по ним отработали и пошли дальше. Первые две улицы мы заняли минут за восемь. Противник нападения не ожидал и ничего не понял. Они даже когда наблюдали с коптеров, как доносила наша разведка, не могли понять, откуда высадилась группа людей.
-Что было самое страшное в трубе лично для Вас?
-Там были очень неприятные моменты. Страшно видеть, как у человека не выдерживает психика. Со стороны похоже на сцены из комедии или ужастика… Когда мы дошли до одной точки, там большой подъем и затор – это практически конец трубы, до конца чуть-чуть оставалось. Чувствовалась нехватка кислорода из-за того, что где-то труба идет прямо, а где-то выше. Вентиляции практически не было. И некоторые не хотели идти дальше. Потому что они не хотели умирать, они хотели жить.
-Мы видим Ваши награды. Расскажите, пожалуйста, за что их получили…
-Орден Мужества я получил еще в 2023 году. Мы были в Серебрянском лесничестве – это направление Сватово-Кременная. Кстати, в боях там участвовала и 76-я Псковская гвардейская десантно-штурмовая дивизия. Получилось так, что за день до этого мы вышли, взяли противника в плен, от которого узнали, что на следующий день будет наступление. Мы доложили это своему командованию, нас должны были усилить. Нас посадили группами по восемь человек в небольшие окопы. По итогу, усиления не было. На всех позициях, которые у нас были по флангам, были сосны и песок. Противник выкатился на нас танками и пехотой. Голову уже не поднимешь. Мы отбили «накатами», не знаю, как это получилось. Руки у меня работал и вправо, и влево, и вверх, и вниз. Я попал в танк чуть ниже гусеничной части, зарядил вторую «морковку» (РПГ-7)…
А потом нам передали, что позиций наших соседних нет – они погибли. Мы начали выходить. И при выходе на нужную позицию, мы обнаружили противника. Вступили в бой. Двое «триста» наших. Вышли через минное поле. Помню, нас башкиры встречали… Всем, кто тогда в живых остался, наш командир по Ордену Мужества выписал. Потому что мы должны были там продержаться, пока туда придут три тысячи человек и в одну линию закопаются. Они это сделали, но никто не ожидал, что они будут так далеко – на расстоянии от нас практически в 3 километрах.
Орденом спецназа «Ахмат» меня наградили за «трубу». В Курской области мы «заскакивали» в село Черкасское Поречное в Суджанском районе – за это нас награждал губернатор. Там была задача установить на церкви российский флаг. До нас штурмовые группы пробовали, добегали до середины, но не могли закрепиться. Место было открытое – «фабами» все сравняли, пулеметчики работали – было не пробежать. А мы «проскочили» – нам по медали и дали, сказали: молодцы, продолжайте в том же духе.
-Мы знаем, что Вы – патриот нашего города. Снимаете классные ролики о родном городе, мы видим на Вашей форме шевроны с гербом Великих Лук и, вроде бы, у Вас есть даже наколка с тремя луками…
-Да, на запястье. В окопе ручкой набили.
-Такой уровень патриотизма у Вас был всегда? Или он проявился в какой-то момент уже во время участия в боевых действиях?
-Когда я в 2022 году «заходил» – ни одного великолучанина не встретил, ни одного человека с Псковской области. Хотя, понятно, вокруг были люди из разных городов. Меня спрашивают: а ты откуда? Я говорю – из Великих Лук. А меня спрашивают: а что это такое? Или еще хуже – никто не знает, что это за город, но все знают великолукский мясокомбинат. А я говорю, что у нас город такой – Великие Луки.
У меня была такая ситуация. После ранения служил на Бахмутском направлении. Я написал на всю остановку баллончиком – Великие Луки и свой позывной. Потом мне рассказали, что ехал мимо этой остановки как-то комдив, увидел надпись и спрашивает: кто это такой «Кабзон» из Великих Лук? А с комдивом ехал мой непосредственный начальник, который меня, конечно, знает. Он комдиву и отвечает: «Не знаю, вот вандалы, все разукрасили. Скоро тут все города России будут написаны…».
Потом я начал просить флаги Великих Лук, которые мне из тыла передавали. Там одна 12-этажка осталась «в живых», но лестниц у нее уже не было. У меня появилась грандиозная идея – проснулся я как-то в 5 утра, взял флаг, пополз по трубе, чтобы установить флаг Великих Лук… Просто это здание я называл домом и хотел, чтобы, когда я «заезжал», мог видеть, что тут висит флаг моего родного города. Домой ведь тогда долго не отпускали… Я залез туда. Три раза чуть не упал, но флаг прикрепил. Потом нам сказали: «Вы что, ненормальные? Вы бы еще стрелочкой указали, что здесь стоите!». И меня спросили: «Ты, может, еще хочешь, чтобы тебе в 8 утра гимн России исполняли?» А я отвечал на это: «Нет, спасибо, но я могу спеть гимн Великих Лук… » Все посмеялись.
А флаги Великих Лук, которые мне передавали, я установил на всех направлениях, где побывал. Мы дошли до Суджи и на трехэтажном здании установили флаг Великих Лук, который мне передали координаторы группы «Добрые руки Великие Луки». Говорят, этот флаг расписывали 21 февраля в Великих Луках в ДК ЛК участники акции «Нашим гером». Я его в Судже закрепил, потому что там флагов вокруг много было – флаги России, «Ахмата», а флага нашего города не было. Теперь есть.
-Вы лично за что боретесь? Зачем?
— Воюю за наш город. Хочу, чтобы мои родители гордились мной, чтобы, даже если меня не будет в живых, я погибну при исполнении боевой задачи, они знали, что их сын не развернулся, не отступил и шел только вперед.
-То, что Вас ждут дома, гордятся Вами, переживают за Вас – это помогает на службе? Или, наоборот, это все уходит на второй план?
-Когда начинается, я называю «пение птиц» – свист пуль – то забываю вообще обо всем из гражданской жизни, когда я родился и сколько мне лет. В этот момент я думаю только об одном – как нажать на курок и как посмотреть в прицельную планку. Больше в этот момент мне ничего не нужно.
-«Кабзон», расскажите откуда Ваш позывной?
-Из детства. Помню, он еще на футбольной коробке был написан, когда мы играли во дворе в мини-футбол. Наверное, ребята и сейчас так делают. Просто моя фамилия созвучна с позывным и это прозвище с детства. И когда меня спросили, какой у меня будет позывной, я сначала задумался, а потом решил – пусть как было, так и останется. Но зато ни у кого такого нет – сколько я не был на разных направлениях – никого не встречал с таким позывным.
-Как относитесь к тому, что нередко говорят, что молодежь нынче не та и ничего не умеет…?
-Ты находишься на войне рядом с боевым товарищем, которого до этого не знал, и, может, никогда бы не узнал, если б такая ситуация не произошла… А ему прилетел осколок. Ты ему оказал помощь. А потом тебе звонит он, его жена и они говорят: спасибо большое, что ты вовремя оказался рядом и помог. И совсем неважно в этом случае то, что мне, условно, 24 года, а ему и его жене – по 45.
Мне приятно, что я могу находится со взрослым поколением на одно уровне, рядышком. У нас же как принято зачастую – молодое поколение ничего не может – только если в компьютеры играть и на улице болтаться. Хочу сказать, ребята, пока вы молодые можно многое успеть – кто-то работает, кто-то спортом занимается… Но важно не потерять себя. Пока есть возможность, надо думать об этом. Время проходит очень быстро. В 2022 году, когда я пришел, думал: сейчас полгода отвоюю – и домой. А уже идет 2025 год. И это время пролетело как секунда.
-У Вас изменилось отношение к тем, кто остался здесь?
-Да, у меня не стало друзей просто. Моими друзьями стали мои боевые товарищи. Мы приезжаем друг к другу в отпуск, ко мне приезжают в отпуск. Думаю, у меня количество друзей уменьшилось.
-А в себе изменения замечаете? Переоценку ценностей?
-Да. Есть такое. Появилось понимание, что сегодня и завтра может не наступить. Выполняешь воинский долг, уничтожаешь противника. Есть только эта минута и ты живешь именно той жизнью, что тебе дана.
Беседовала Анна Стасова, фото предоставлены группой «Добрые Руки Великие Луки»