Совсем недавно в общественной жизни Великих Лук появился участник боевых действий СВО Алексей Фомичев, который возглавляет Великолукский филиал Ассоциации ветеранов СВО Псковской области. Накануне Дня Великой Победы мы побеседовали с Алексеем Геннадьевичем и узнали, как он нашел дело своей жизни, какой ему запомнилась война и что лично для него означает День 9 Мая.
-Алексей, как считаете, Вы нашли свое призвание? Каким был путь к нему?
-Да, считаю, что нашёл свое призвание. Определился я в 2001 году, когда не пошёл работать на завод, в бизнес, в коммерцию. Я пошёл служить. И это было осознанно. Хотя на службу по призыву я шёл «пробно», ещё не предполагая, что буду делать после увольнения из армии. Тогда и мыслей не было, что буду военным.
После службы в погранвойсках поступил на службу в таможенные органы – на великолукскую таможню, занимался силовым обеспечением – это СОБР, охрана. Тема границы мне очень близка, и я очень горжусь, что в моей жизни был этот период. Опять же и дело настоящее и спорт – два в одном. А в 2012 году я попал под сокращение. Помню это непростое время – были и переживания, и непонимание, куда себя деть. На «гражданке» меня хватило на полгода.
Служба в 76-й гвардейской десантно-штурмовой дивизии началась для меня с прыжков с парашютом, преодоления препятствий. Мне было тогда 36 лет. Многие говорили – ты, дурак, все прыгаешь, бегаешь? Но я понимал, что нашел свое. В 2016 году прошел обучение на наводчика-оператора танка Т-72 Б-З, в последствии – на командира танка. Бывало, на полевых выходах жили по несколько месяцев.
-Как оказались в штурмовиках?
-Когда ставился новый полк – 237-й – мне предложили должность замкомандира взвода. Мне тогда было 40. Штабной работой не хотел заниматься категорически. В этой должности и отправился на специальную военную операцию в самом ее начале.
-То время, которое Вы провели в зоне СВО, – это для Вас было давно?
-Словно вчера. Или даже будто сегодня я оттуда вернулся. Эти впечатления никуда не уходят и не забываются. Иногда то, что здесь тихо и мирно вызывает удивление: как же так, ведь там война. Словно вчера я ехал по той чернобыльской дороге, вспоминается памятник Леониду Быкову на месте его гибели, потом – первые наши погибшие… До Гостомеля оставалось около 100 км.
…В этот вечер у нас были первые погибшие, запомнилась и сама ночь – очень холодная. Утром пошел искать воду – очень пить хотелось. Вышел из лесу и увидел в поле воронку – с ведро примерно, а внутри снег. Побежал обратно, собрал свой экипаж и тех, кто сидел на броне моего танка: берите котелки, идемте со мной. Каждый зачерпнул грязного снега, который мы растопили на сухом горючем – грамм 700 воды на всех получилось, наверное. Обеззаразили ее, по глотку каждому досталось. После этой ночи была команда «по коням», танки выгнали, колонну поставили и поехали.
-Расскажите о Ваших ранениях. Что это были за ситуации?
-Расскажу про последнее, хотя его плохо помню. Это было в Гостомеле. Мы переночевали там дважды. В первую ночь разместились повзводно в гаражах, солдаты дежурили по одному у ворот внутри по 40 минут. И так в каждом гараже. Выходить нельзя было – снайпера четко реагировали на любое передвижение, курить тоже, конечно, было нельзя. Кстати, именно тогда были придуманы белые «намотки» на форме, чтобы отличать своих. В тот день пароль был, я на всю жизнь, наверное, запомнил, «Ахмат – Тула».
Вторую ночь мы провели в пятиэтажке рядом, там все квартиры были вскрыты еще «хохлами». На каждом этаже сидел боец, который в темноте открывал огонь на любое движение, если не было слышно пароля. Помню, незадолго до этого я пересел в другой экипаж, а Егор Лебедев, сказал, что я «фартовый» и потому он от меня ни на шаг не отойдет.
Утром была команда ставить танки в колонну, грузиться и дальше в путь. Механики-водители стали выгонять машины с поля на дорогу, где ждали экипажи. Танк подогнали – экипаж в него запрыгнул, подходит следующий. Так мы стояли человек 11. Я забыл бинокль в доме и послал Егора за ним. Он убежал. До сих пор думаю, послал бы я его чуть попозже, может, он бы живой остался. А может, тогда меня никто не прикрыл бы…
Егор прибежал, две минуты – и упала первая мина – за спиной. Егор стоял рядом со мной в полуметре. Вторая мина. Он сразу погиб. Я помню, что стоял на трех точках – на локтях и одном колене, вторую ногу, думал, оторвало. Шок. Все вокруг черно. Потом – вспышка – меня под руки вытаскивали за дорогу, распороли штанину, делали два укола «пирамидола». Потом не помню. Потом – вспышка – я уже на броне, лежу на коленях у одного лейтенанта, и он мне все говорит: глаза не закрывай! глаза не закрывай! Он погиб позже. Потом оказалось, что это был танк моего комбата Григория Дмитриевича Худика. Затем мы полсуток лежали в лесу, в этот же вечер умер второй член моего экипажа Роман Филатов.
По рассказам других знаю, что всего мы пятеро суток пролежали в лесу, я был без сознания. Сначала нас было пять человек, а стало 96. Нас должны были посадить на «вертушку». Она приходила, но из-за постоянного обстрела не могла сесть и, никого не забрав, уходила назад. В результате, нас эвакуировали на «камазах». Пришел в себя я уже в госпитале в Москве.
-Но на этом Ваша служба не закончилась. После Украины была Сирия…
— Да. После четвертой операции я, еще лежа в госпитале Бурденко, узнал, что значусь в списках на убытие в Сирию.
-Алексей, что запомнилось о службе в Сирии? Чем занимались?
-Сопровождением колонн, охраной баз и блокпостов, а также переговоров, с целью предотвращения терактов, нападений и провокаций. Например, идут переговоры, в которых участвуют американцы, турки и курды, а в охране – только российские войска…
-Чем Вы занимаетесь сегодня?
-По приезду из служебной командировки из Сирии был оформлен мой перевод в Военный комиссариат Псковской области. Сегодня я занимаюсь розыском военнослужащих, пропавших без вести. Например, моя задача – находить родственников и сообщать о без вести пропавшем. Помогаю оформить все необходимые документы. Работаю и с родственниками погибших воинов.
-Алексей, с конца прошлого года Вы взяли на себя общественную нагрузку, возглавив Великолукский филиал Ассоциации ветеранов СВО Псковской области. Какую цель для себя преследовали?
-Конечно, когда принимал на себя это дело, то не представлял, что будет так много хлопот. Но результат этой работы уже есть, например, сборная Псковской области приняла участие в чемпионате России по волейболу сидя, и я рад, что в том числе благодаря моей поддержке в этой команде есть наши, великолукские ребята.
А в июле этого года пройдут Всероссийские соревнования по армрестлингу среди ветеранов СВО, в которых будут участвовать, насколько мне известно, четверо великолучан. Моя цель – собрать, сплотить как можно больше великолукских ветеранов СВО и увлечь их интересным делом, открыть новые возможности для самореализации, чтобы их жизнь стала интереснее.
-Вы и сами активно занимаетесь спортом: волейбол сидя, стрельба из лука, участие в псковском марафоне. Это для того, чтобы подавать пример другим?
-Хочу что-то новое попробовать, получить новые впечатления. Планирую еще пулевой стрельбой заняться. Я столько лет стреляю, теперь хочу, чтобы это превратилось в спорт. Еще очень хочется бегать, но колено мое пока не дает.
— В Вашей семье хранятся интересные истории военного времени, связанные с Вашими предками?
-Есть такая. Мой дед по материнской линии – Георгий Николаевич Торгашев – родовой казак из-под Таганрога. В Великую Отечественную их дивизия стояла в Кунье, где жила бабушка. Дед тогда познакомился с ней и сказал: останусь жив, приеду к тебе, женюсь. Война закончилась, и он приехал. У Георгия Николаевича две медали – медаль Сталина и «За освобождение города Невель». Медали моих дедов бережно хранятся в нашей семье.
-Алексей, что значит День Победы лично для Вас?
-Это самый дорогой праздник, что есть у меня, кроме дней рождения моих детей. А скоро настанет еще один День Победы – и у всех нас их будет два. Мы обязательно победим.
Беседовала Анна Стасова, фото из архива А.Фомичева